МакБерл, я твой врач!

[Трисс Боевая Белка]

Пациент скорее жив, чем мёртв.

Из фильма "Буратино"

Рэкети Там был здоровой крепкой белкой, однако, как известно, и на старуху бывает проруха. МакБерл умудрился-таки простыть: вероятно, прогуливаясь по обдуваемой всеми ветрами стене аббатства. Ему недомогалось вот уже почти неделю и его жена, сестра Армила, очень беспокоилась по этому поводу.

Одним пасмурным вечерком Рэкети Там лежал в своей теплой постельке, кашляя и чихая поминутно. Он думал о былых подвигах и боях, о том, что не мешало бы наточить меч Мартина и отполировать свой щит, а также о том, что Дуги проиграл ему корзину яблок. Вдруг в комнату вошла Армила, хотя это было совсем не неожиданно, она каждый день в это самое время приходила поить мужа травяным настоем от кашля, но в этот раз она вошла по-необычному тихо и зачем-то тащила какую-то корзину, прикрытую полотенцем.
Куда больше бравого горца насторожила загадочная ухмылка на красивой мордочке его жены, обычно такое выражение появлялось у Армилы, когда она что-то задумывала.
— Армила, что ты надумала? — подозрительно поинтересовался Рэкети, но белка лишь широко улыбнулась, поставила корзину на тумбу, достала марлевую повязку, повязала себе на рот и нос, а затем подмигнула ему; Там почувствовал, как его уши встают торчком от нарастающего напряжения: его жена определённо что-то задумала!
— Что я надумала? Глупенький, я же лечу тебя! — рассмеялась белка, причём, как показалось ему, весьма наигранно.
Она достала из корзины привычный кувшинчик с настойкой, однако острый глаз бывалого бойца заметил, что его жена ловко закинула туда же пучок какой-то травы.
Армила налила лекарство в деревянную ложечку и поднесла к его рту.
— Скажи а-а-а-ам!
В нос Рэкети Тама ударил резкий противный запах.
— Ну и во… — глаза несчастного округлились. — Это же та самая вонючая горькая противная мерзостная трава, название которой я не помню! — вскричал он и закашлял.
— Ну же, пей, кому сказала! — сердито топнула Армила.
— Ну не-е-е-ет!
— Пей!
— Нет!
— МакБерл, я твой врач! Пей! — Армила нахмурила свои милые брови, её глаза сверкнули, она ударила кулаком по тумбе.
Это означало только одно — сейчас будет буря.
— Рэкэти МакБерл, сейчас же выпей это лекарство, иначе я за себя не ручаюсь! — воскликнула его жена.
У гордого белки не было иного выхода, кроме как подчиниться, поэтому он зажмурился, раскрыл свой рот, и принял снадобье с тошнотворным запахом и не менее ужасным вкусом.
— Тьфу! — закашлялся Там, начав жадно ловить воздух. — Армила, чем же я провинился перед тобой?...
Лекарство вызвало у него невероятную горечь, его будто заставили сожрать целый огород дикого перца, растущего на его былой родине, а язык отчаянно пытался забыть этот неестественный вкус.
Но это ещё было не самое страшное, нет, ведь Армила достала какой-то странный предмет с длинной иголкой на конце.
— Поворачивайся, мой бравый воин, — властным голосом приказала его жена.
Глаза МакБерла округлились. Рот его непроизвольно открылся.
— Великие Сезоны, что это?
— Это то, что поднимет тебя на ноги! Одна знахарка уверила меня, что это лучшее лекарство.
Рэкети Там стал отодвигаться к стене, попутно сильнее натягивая одеяло на себя. Сейчас он походил более на ребенка, нежели на победителя кровожадного Гуло.
Армила заметила его жалкие потуги избежать страшной участи, поэтому она ловко прыгнула на мужа, пытаясь вонзить в него иглу.
— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а! — закричал тот, и быстрым движением руки схватил за уголок подушку и ударил по лицу Армилы, отчего она потеряла равновесие и скатилась на пол.
Рэкети Там испугался, бросился на выручку жене, но слишком поздно понял, какой нелепый поступок совершил.
Армина ловко схватила его за заднюю лапу, повалила на землю, повернула к себе задом и замахнулась своим грозным оружием.
— Нееееееееееееееееет! — закричал бравый горец, заднее место которого пронзила острая боль.
Ему показалось, будто его пронзила добрая сотня копий. Когда боль приутихла, он сел, отдышался и грозно посмотрел на коварную жену. Боль-то ушла, но гордость, гордость….
— Это не все. — Армила зловеще захохотала, повалила мужа на пол, одной лапой схватила его горло, а второй молниеносно достала из кармашка передника горстку каких-то диких ягод и стала толкать их в рот МакБерлу, вкус которых был ещё отвратительнее настойки.

Он дергался, вырывался, но белка держала его железной хваткой.
Рэкети Там уже начал задыхаться, а она все сыпала ненавистные ягоды, и сыпала, и сыпала…
… Он вскочил с постели, весь мокрый и с застывшим ужасом на глазах. Была глубокая ночь, за окном кусочек луны освещал окрестности, чуть попадая в комнату белки. Рэкети Там испуганно озирался и ничего не понимал.
Вдруг в дверном проеме показалась тень.
— Милый, ты кричал во сне. Все в порядке? — ласково спросил голос.
В комнату мирно вошла Армила, с нежной улыбкой несущая корзинку, прикрытую полотенцем.
— Только не это, — испуганно пробормотал бравый горец
Коридоры мирно спящего аббатства огласил визг.

Edited March 24, 2016 by Трисс Боевая Белка

[Мордукан]

Молодец! 

[Greedy]

 

Коридоры мирно спящего аббатства огласил визг.

Осталось только узнать, чей. Вполне возможно, что и Армиллы, которую Мак Берл попытался остановить. Хм.

 

Хороший фанфик, заставляет улыбаться.

[Мордукан]

 

Коридоры мирно спящего аббатства огласил визг.

Осталось только узнать, чей. Вполне возможно, что и Армиллы, которую Мак Берл попытался остановить. Хм.

 

Хороший фанфик, заставляет улыбаться.

Творческое объединение "Мордутрисс" к вашим услугам!

[Мордукан]

Звери! 
Убедительная просьба,    горячая просьба,     если вы читали этот текст,      а вы совершенно точно читали его,      то постарайтесь уделить хотя бы пару секунд на то,      чтобы написать отзыв.    =(
Авторам точно будет приятно,     если вы не поскупитесь на несколько строчек...

[Фортуната]

Очень милая зарисовка.)

[Мордукан]

Очень милая зарисовка.)

А что,   мы с Трисс не только боёвки умеем писать.  =)

Идея,   кстати,    была исключительно её.

[Nibelung111]

Прикольно и уютно